Тренды бывают разные: одни возникают в моменте и так же быстро гаснут, но есть тенденции, которые набирают силу и развиваются на протяжении нескольких лет. И, на мой взгляд, именно это и есть самое интересное в дизайне.
Максимализм
Серо-бежевые интерьеры никуда от нас не денутся — это уже коммерческий стандарт, но у заказчиков и дизайнеров, которым интереснее не ликвидность, а индивидуальность, будут востребованы более живые и яркие решения. О том, что грядёт мода на максимализм, пишут уже года три, но только сейчас эта идея начала по-настоящему завоёвывать сердца. Эксперты объясняют это политической и экономической нестабильностью — люди устали от плохих новостей и хотят жить в интерьерах, которые отвлекают от невесёлых мыслей.
Есть, впрочем, одна загвоздка: богатый сложный декор в традиционном прочтении — это всегда дорого, а у нас на дворе кризис. Поэтому добиться максималистского эффекта профессиональным дизайнерам и любителям придётся подручными средствами: с помощью ярких цветов, винтажа, дофаминовых аксессуаров — одним словом, широкими мазками. Нас ждёт очередной всплеск моды на текстильный декор (панно, коврики, гобелены, шторки и прочее) и спрос на недорогое, но эффектное искусство, да и роликов в соцсетях о том, как красиво накрыть на стол или задекорировать комод в прихожей, наверняка станет ещё больше.
Саудовская Аравия
В прошлом году стало окончательно ясно, что дом-мегаполис The Line в Саудовской Аравии построен не будет, но это ничуть не умаляет интереса этой страны к дизайну, ведь его двигатель — наследный принц Мухаммед бин Салман. Неслучайно Миланский мебельный салон провёл там в 2025-м году свою выездную сессию в Эр-Рияде, а ARTDOM выбрал именно эту столицу для начала своей международной экспансии.
В последние годы саудиты участвуют во всех крупных выставках искусства и дизайна. Внутри самой страны появляются модные курорты, и происходит либерализация норм поведения: женщинам-иностранкам больше не обязательны спутники-мужчины, и им можно появляться на публике без хиджаба, а иностранцам-резидентам разрешили алкоголь — несколько лет назад это было немыслимо.
Если кто-то сомневается, куда всё идёт, — смотрите на соседние ОАЭ. Есть основания полагать, что хороший дизайн в Саудовской Аравии будет востребован чем дальше, тем сильнее. Это сигнал и для производителей мебели, и для архитекторов, и для интерьерных дизайнеров: есть же российское дизайн-комьюнити в Дубае — почему бы ему не возникнуть и в Эр-Рияде?
Старый фонд
Последние годы соцсети и выставки пестрили промыслами и прочими проявлениями «русского стиля», но давайте честно: в реальных интерьерах, если это не отель где-то в Суздале, все эти вещи встречаются редко и в формате аксессуаров. Живой и жизнеспособный русский стиль — это обращение к дореволюционной бытовой культуре городского класса. Память о том, какой она когда-то была, хранит старый фонд, и именно в нём сейчас происходит всё самое интересное в российском интерьерном дизайне.
Ещё недавно дизайнеров, которые умели раскопать сокровище под слоями старой краски и обоев, было всего несколько человек. Теперь у них появились ученики и последователи, которые готовы реставрировать деревянные рамы, восстанавливать утраченную лепнину и наполнять старые стены новой жизнью.
Можно посмотреть на это шире. Культ новизны, возникший как протест на годы советской бытовой неустроенности, потихоньку сходит на нет. Люди, готовые вкладываться в интерьеры с историей, — это лишь часть тренда. А есть ещё мода на локальный туризм, волонтёрские движения по сохранению наследия и краеведы новой волны, благодаря которым на городские экскурсии теперь ходят не только бабушки-пенсионерки, но и модная молодёжь. Всё вместе это даёт надежду, что в будущем русский культурный код можно будет обнаружить не только в сувенирной лавке, но и в реальной жизни.
Коллекционный дизайн
Традиционные мебельные выставки никак не могут выбраться из постпандемического кризиса, зато ярмарки коллекционного дизайна идут косяком. В прошлом году их было столько, что можно сбиться со счёта, а в наступающем длинный список пополнит Salone Raritas в рамках Миланского мебельного салона — там будут показывать вещи, выпущенные ограниченной серией, сложные авторские изделия и антиквариат.
В России это направление тоже активно развивается: на ярмарке Cosmoscow коллекционный дизайн показывают в отдельной секции, а присутствие галеристки Россаны Орланди и дизайнерского дуэта Draga & Aurel среди амбассадоров недвусмысленно говорит о том, что ARTDOM эта сфера тоже очень интересна.
Покупатели устали от типового и предсказуемого, а коллекционный дизайн предлагает заманчивую альтернативу — вещи с душой и историей. Но дорого. Собственно, главный вопрос в том, готов ли рынок переварить весь этот шквал уникатов. И не обесценивает ли количество коллекционного дизайна на рынке саму идею уникальности? Не буду утверждать, что наступивший год всё окончательно расставит по местам, но некоторую ясность внести должен.
Ремесло
Ещё один яркий симптом усталости от серийного производства — обращение к традиционным техникам. Эталоном здесь остаётся проект Doppia Firma (буквально «двойная подпись»), придуманный несколько лет назад фондом Michelangelo Foundation: его создатели соединяют всемирно известных дизайнеров с лучшими ремесленниками, получая на выходе совершенно уникальные вещи.
Для дизайнеров обращение к ремеслу — это поиски новых смыслов профессии, для покупателей — возможность получить вещь, которая пусть и не значится коллекционной, но несёт в себе магию человеческого участия. Плюс ручная работа почти неизбежно идёт в паре с натуральными материалами, что в наши дни тоже очень ценно.
На самом деле в какой-то мере ремесло присутствует и в серийном производстве: к примеру, обивка кресел Swan Арне Якобсена всегда прошивается вручную, а детали мебели Gervasoni и Promemoria вытачивают опытные краснодеревщики. Ну а для начинающих российских брендов полукустарное (малосерийное) производство — это часто вообще единственно доступный вариант: на большие цеха со сложным оборудованием у них пока нет капитала. Так вот, теперь это — не баг, а фича.
Обращение к ремеслу совсем не означает отказа от достижений цивилизации, и даже наоборот: ждём коллабораций человека с 3D-принтерами и искусственным интеллектом.